Журнал «Филоlogos»

    Аннотации статей.

    Баишева З.В.. ПЕРИОДЫ В СУДЕБНОЙ РЕЧИ

    Периодическая речь, широко применявшаяся в выступлениях знаменитых русских ораторов второй половины XIX в., сегодня несправедливо забыта. Между тем периоды при мастерском использовании способны значительно усиливать убедительность речи благодаря своим характеристикам: емкой структуре, смысловой законченности, особенному интонационному рисунку. Этим объясняется целесообразность включения периодов в ораторские выступления, для которых характерно сочетание логической и эмоциональной аргументации, каковыми являются судебные речи. На примерах из судебных выступлений А.Ф. Кони, Ф.Н. Плевако, П.А. Александрова, А.И. Урусова в статье описываются периоды логические и ораторские, неполные и сверхполные, характеризуются различные варианты эффективного применения периодической речи в судебной ораторике. Автор делает вывод о необходимости серьезных теоретических исследований и практических разработок, нацеленных на обеспечение современных обвинителей и защитников действенным ораторским приемом, работающим на усиление убедительности речи. Цель статьи - показать возможности использования периодов в судебной речи, привлечь внимание исследователей к данной проблеме.
    Periodic speech, widely used in the speeches of famous Russian speakers in the second half of the XIX century, today is unfairly forgotten. Meanwhile, periods of masterful use can significantly enhance the credibility of the speech due to its characteristics: capacious structure, semantic completeness, a special intonation pattern. This explains the desirability of including periods in the statements characterized by a combination of logical and emotional reasoning, which are judicial speeches. Through the examples of the forensic speeches of A.F. Koni, F.N. Plevako, P.A. Alexandrova, A.I. Urusova the article describes logical and oratory, incomplete and super-full periods, characterized by various options for the effective use of periodic speech in judicial oratory. The author concludes that there is a need of serious theoretical researches and practical developments aimed at providing modern prosecutors and defenders with an effective public speaking technique that works to strengthen the credibility of the speech. The purpose of the article is to show the possibility of using periods in the judicial speech, to draw the attention of the researchers to this problem.

    Комлик Н.Н.. А.С. ПУШКИН В ТВОРЧЕСКОМ СОЗНАНИИ И.А. БУНИНА

    Статья посвящена исследованию творческого влияния А.С. Пушкина на художественное сознание И.А. Бунина. Сопоставление этих литературных вершин порождает эффект горного эха, которое, разносясь по горным отрогам, неожиданно меняет, казалось бы, знакомый голос, усиливая его, проявляя в нем неожиданные интонации, звуки, модуляции. Присутствие Пушкина в контексте бунинского творчества многообразно, но в основном, по нашему мнению, тяготеет к двум видам: ассоциативному и реминисцентному. Ассоциативная связь возникает обычно там, где общая атмосфера бунинского произведения проникнута ощущением светлой гармонии, полноты бытия, чувством радостного служения красоте. В таких произведениях нет прямых аналогий с Пушкиным, его соприсутствие рассеяно по тексту точно «легкое дыхание» и проявляется в настроении, в эмоциональном строе произведения. Подобная форма воздействия Пушкина на творческое сознание Бунина характерна, например, для рассказов «Легкое дыхание», «Косцы», «В некотором царстве». Другой тип влияния на музу Бунина проявляется в наличии имплицитных реминисценций, которые в «неявной», «косвенной» форме отсылают нас к пушкинскому произведению, к эпохе его создания. Их наличие способствует возникновению нравственно-философского подтекста, делающего короткие рассказы Бунина многозначными и многослойными. «Неявные», имплицитные пушкинские реминисценции во многом уточняют и углубляют проблематику произведений писателя ХХ века, подключают их к традиции, содействуя тем самым объединению в единое целое столетие русской культуры в ее дворянском варианте. Вступая в диалог с традицией, имплицитные реминисценции, одновременно подчеркивают новизну бунинского творения, что выразительно иллюстрируют такие рассказы, как «Руся», «Безумный художник», «Сверчок», повесть «Деревня».
    The article deals with the study of A.S. Pushkin's creative influence on I.A. Bunin's artistic consciousness. The comparison of these literary peaks generates the effect of the mountain echo, which is sounding along mountain spurs and suddenly changes an apparently familiar voice, making it stronger, revealing unexpected tones, sounds, modulations in it. The presence of Pushkin in the context of Bunin's creative work is diverse, but in our opinion, in general it inclines to two types: associative and reminiscent ones. Associative connection usually appears when the general atmosphere of a Bunin's work is penetrated with the feeling of radiant harmony, fullness of existence, the feeling of joyful serving to beauty. There are no direct analogies to Pushkin in such works, his co-presence is scattered in the text, like "a light breathing", it manifests itself in the mood, the emotional system of the work. This form of Pushkin's influence on Bunin's creative consciousness is characteristic, for example, of the stories "Light breathing", "Mowers", "In a certain kingdom". The other type of influence on Bunin's muse is manifested in the presence of implicit reminiscences, which in the "non-explicit", "indirect" form refer us to a Pushkin 's work, to the history of its creation. Their presence helps rising concealed moral and philosophic meaning, which makes Bunin's short stories rich in multi-sense and multi-layer. "Non-explicit", implicit reminiscences to Pushkin elaborate and deepen problems of the writer's works of the XX century, attach them to the tradition, thus contributing to uniting a century of Russian culture in its nobiliary variant. While joining the dialogue with the tradition, implicit reminiscences also emphasize the novelty of Bunin's creativeness, which is expressively illustrated by such short stories as "Rusya", "Mad painter", "Cricket", the story "Village".

    Крамарь О.К.. СЛОВО, ИДУЩЕЕ ЗА ЖИВОПИСЬЮ: ПОРТРЕТЫ И АВТОПОРТРЕТЫ Т.В. ЧУРИЛИНА

    Актуальная для современного литературоведения и искусствоведения проблема взаимодействия изображения и слова рассматривается в статье на примере творчества Т.В. Чурилина, поэта, писателя, драматурга, стремившегося к синтезу языков различных видов искусства в пределах одного литературного текста. Т.В. Чурилин достаточно скупо использовал изобразительные средства, тем более интересными оказываются те случаи, когда слово формирует визуальный нарратив, восходящий к искусству живописи в таких жанровых формах, как портрет и автопортрет. С наибольшей очевидностью механизм взаимодействия изображения и слова реализовался в автобиографических произведениях Чурилина, в частности, в романе-хронике «Тяпкатань» и в репрезентирующем позднюю лирику стихотворении «Портрет». По необходимости к анализу привлекаются мемуарные свидетельства, а также черновые записи и наброски к произведениям Чурилина, хранящиеся в фондах Российского государственного архива литературы и искусства. Живописный подтекст романа-хроники «Тяпкатань» создается портретированием действующих лиц, а также упоминанием имен художников и ссылками на визуальные образы с высоким индексом узнаваемости. При этом сумма представленных в словесном портрете характеристик (внешность, поза, одежда, положение в пространстве) остается неизменной в каждом конкретном случае. Создавая «словесные образы визуально воспринимаемых объектов», Чурилин опирался на реальный автобиографический материал, что в полном объеме соответствует основным требованиям, предъявляемым к живописному портрету. Словесные портреты, выполненные Чурилиным с оглядкой на специфические приемы изобразительного искусства, являются способом презентации авторского отношения к изображаемому. Рассчитанные на способность читателя к ассоциативному мышлению, они создают необходимые условия для коммуникации в формате «автор - читатель». Параллельно с портретированием действующих лиц в автобиографической прозе осуществляется автопортретирование, получившее свою концептуальную разработку в стихотворении «Портрет». Образная система этого стихотворения зафиксировала итоговые результаты процесса личностной и творческой идентификации, осуществлявшейся писателем на протяжении всей его литературной деятельности.
    Relevant to modern literary studies and art history the problem of interaction between image and word is discussed in the article on the example of the work of T.V. Churilin, poet, writer, playwright, aspiring to the fusion of languages of different types of art within a literary text. T.V. Churilin quite sparingly used visual means, the more interesting may seem those cases when the word forms a visual narrative, going back to the art of painting in such genre forms as portrait and self-portrait. With the most obvious mechanism of the interaction between the image and the words materialize in the autobiographical works of Churilin, in particular, in the novel-chronicle "Tyapkatan" and representing the later lyrics of the poem "Portrait". If necessary, the analysis involves memoirs, as well as draft records and sketches to the final product Churilin stored in the funds of the Russian state archive of literature and art. The picturesque subtext of the novel-chronicles is created by the mention of the names of artists, references to visual images with a high index of recognition, as well as portraying the characters. At the same time, the sum of the characteristics presented in the verbal portrait (appearance, posture, clothing, position in space) practically remains unchanged in each case. Creating "verbal images of visually perceived objects, Churilin relied on real autobiographical material, which is consistent with the basic requirements for a picturesque portrait. Verbal portraits made by Churilin with an eye on the specific techniques of fine art, are a way of the presentation of the author's attitude to the depicted object. They are designed for the reader's readiness for associative thinking and create the necessary conditions for communication in the "author - reader" format. In parallel with the portrayal of actors in the autobiographical prose, self-portrait is carried out, which received its conceptual development in the poem "Portrait". The figurative system of this poem recorded the final results of the process of personal and creative identification carried out by the writer throughout his literary activity.

    Морозова М.Х.. МИФОЛОГИЧЕСКАЯ СЕМАНТИКА ОБРАЗА ОЗЕРА СВЕТЛОЯР В ОЧЕРКЕ М. ПРИШВИНА «У СТЕН ГРАДА НЕВИДИМОГО»

    В статье исследуется этно-культурный образ-символ сакрального для национального сознания града Китежа, имеющий сложную мифопоэтическую структуру. Писателя на протяжении долгой творческой жизни интересовала интуиция коллективной души народа. Стремясь не сочинять, а воплощать ее главные проявления в форме мифа или сказки, он обращается к народным легендам о «граде Иерусалиме», который имеет огромное мифогенное значение в духовно-культурной жизни этноса. В связи с этим рассматривается широкий этно-мифологический контекст сказаний и легенд о затонувших городах Европы, Африки, Азии: от платоновской легенды о затонувшей Атлантиде до русского мифа о сказочном озере Светлояр. В очерке Пришвина Светлояр представлен как особый локус, где размыкаются границы между видимым и невидимым мирами, между реальным и ирреальным, что, впрочем, типично для мифологического ландшафта. Поэтому особую значимость получает анализ сложной структуры образа таинственного Светлояра, своеобразного портала в иное измерение бытия. Обращает на себя внимание форма озера - «круглая чаша». Пришвин не случайно актуализирует архетипический топонимический образ круга. С одной стороны, это соответствует реальному ландшафту, но с другой - подчеркивает его глубокую семантику бесконечности и гармонии «вечного покоя бытия». Здесь форма таинственного локуса и его содержания - водной стихии - соотносятся в едином мифологическом измерении, ибо вода как древнейшая природная стихия является сложнейшей в семантико-структурном отношении мифологемой. У Пришвина вода в озере Светлояр - полифункциональный образ-символ, обладающий очищающими, защитными, преграждающими и, что самое главное, исцеляющими свойствами. В очерке автор исследует и фольклорные признаки в семантике таинственного локуса: здесь отражена русская сказка, исторические легенды о золотом кладе, сокрытом на озера и другие.
    The article examines an ethno-cultural image-symbol of the sacred for the national consciousness of the city of Kitezh, having a complex mythopoetic structure. Striving not to compose, but to embody its main manifestations in the form of a myth or a fairy tale, the writer refers to folk legends about the "city of Jerusalem", which has a huge mythogenic significance in spirits but cultural life of the ethnos. In this regard, the article considers the wide ethno-mythological context of legends and legends about the sunken cities of Europe, Africa and Asia: from the Platonic legend of the sunken Atlantis to the Russian myth of the fairy-tale lake Svetloyar. In Prishvin's essay, Svetloyar is presented as a special locus where the boundaries between the visible and the invisible worlds are opened, between the real and the unreal, which, however, is typical of the mythological landscape. Therefore, the analysis of the complex structure of the image of the mysterious Svetloyar, a kind of portal into a different dimension of being, is of particular importance. The shape of the lake - the "round bowl" attracts attention. Prishvin not accidentally actualizes the archetypal toponymic image of the circle. On the one hand, this corresponds to the real landscape, but on the other it emphasizes its deep semantics of infinity and harmony of the "eternal rest of being". Here the form of the mysterious locus and its content - the water element - are correlated in a single mythological dimension, for water, as the oldest element of nature, is the most mythologically complex semantically structured. Prishvin considers the water in the lake Svetloyar a polyfunctional image-symbol, possessing cleansing, protective, blocking and, most importantly, healing properties. In the essay, the author also explores folkloric features in the semantics of the mysterious locus: here is a Russian fairy tale, historical legends about a gold treasure hidden on the bottom of the lake and others.

    Панова М.В.. ЛИНГВОГЕОГРАФИЧЕСКИЙ ПОДХОД К ИЗУЧЕНИЮ ДИАЛЕКТНОЙ ЛЕКСИКИ (НА МАТЕРИАЛЕ НАИМЕНОВАНИЙ ОДЕЖДЫ В ВОРОНЕЖСКИХ ГОВОРАХ)

    Целью данной статьи является ареальная характеристика наименований одежды в воронежских говорах и реализация лингвогеографического подхода к изучению диалектной лексики. Исследуются диалектные наименования предметов традиционного народного костюма, бытующие в современных говорах Воронежской области и зафиксированные памятниками воронежской деловой письменности XVII-XVIII веков. Выявлена лексика, сближающая воронежский регион с другими территориями (севернорусскими, среднерусскими и южнорусскими). Обнаружен значительный пласт узколокальных наименований, которые представлены среди наиболее древних видов одежды, отразивших черты местного творчества и выполнявших обрядовые функции. Проведен анализ 38 лингвистических карт разных типов: лексических, лексико-словообразовательных, семантических, лексико-семантических, лингвоэтнографических. Изоглоссы демонстрируют как повсеместное распространение лексем на территории Воронежской области, так и локальное и островное. Картографирование наименований одежды помогло выявить ареалы и зоны, совпадающие в сериях карт. География изоглосс и изопрагм отражает деление территории Воронежской области на Большой Западный ареал и Большой Восточный ареал, включающие более мелкие лингвистические зоны. Большой Западный ареал представлен Зоной междуречья Ведуги и южной Девицы, Зоной междуречья южной Девицы и Тихой Сосны, Зоной междуречья Дона и Хавы. В пределах Большого Восточного ареала выявлены Зона бассейна реки Хворостань, Зона бассейна реки Осередь, Зона бассейна реки Битюг, Зона междуречья Дона и Икорца, Северо-Восточная зона. Намеченные рубежи подтверждаются историческими и этнографическими данными, в частности спецификой миграционных процессов, особенностями социально-экономического уклада и традиционной материальной культуры. Параллельное картографирование лексических и этнографических данных выявляет материал, показывающий высокую историко-этнографическую информативность лингвистического ландшафта Воронежской области. Его членение основано на формировании лингвогеографических объединений вокруг рек, которые являются естественными природными границами выявленных ареалов и зон. Ареалы, формируемые лексическими изоглоссами, представляют, наряду с фонетическими и грамматическими данными, богатые возможности для исторического изучения языковых явлений.
    The purpose of this article is the areal characteristic of the names of clothes in the Voronezh dialects and the realization of a linguo-geographical approach to the study of dialect vocabulary. The dialect names of the traditional folk costume items, which were found in the modern dialects of the Voronezh region and recorded by the monuments of the Voronezh business writing of the 17th-18th centuries, are explored. The study revealed the vocabulary which brings together the Voronezh region with other territories (Northern Russian, Middle Russian and South Russian). A significant layer of the narrow local names has been discovered, which are represented by one of the most ancient types of clothing, which reflected features of local creativity and performed ritual functions. The analysis of 38 linguistic maps of different types is made: lexical, lexico-word-formative, semantic, lexico-semantic, linguo-ethnographic. The isoglosses demonstrate the widespread distribution of lexemes in the territory of the Voronezh region, as well as local and insular. The mapping of the names of clothes helped to identify areas and zones that coincide in a series of maps. The geography of isoglossa and isopragma reflects the division of the territory of the Voronezh region into the Great Western Areas and the Great Eastern Area which include smaller linguistic zones. The Great Western area is represented by the zone of the interfluve of the Veduga and the Southern Devitsa, the zone of the interfluve of the Southern Devitsa and the Tihaya Sosna, the zone of the interfluve of the Don and the Khava. Within the Greater Eastern Area the Hvorostan river basin zone, the Osered river basin zone, the Bityug river basin zone, the zone of the interfluve of the Don and the Ikoretz and the Northeast Zone have been identified. These boundaries are confirmed by historical and ethnographic data, in particular, by the specific features of migration processes, by the peculiarities of the socioeconomic structure and traditional material culture. Parallel mapping of lexical and ethnographic data reveals the material which shows high historical and ethnographic informativeness of the linguistic landscape of the Voronezh Region. Its division is based on the formation of linguo-geographical associations around rivers that are natural boundaries of the identified areas and zones. Areas which are formed by lexical isoglosses represent, along with phonetic and grammatical data, great possibilities for the historical study of the linguistic phenomena.

    Пашкуров А.Н.. ТРИНИТАРНОЕ МЫШЛЕНИЕ В РЕЛИГИОЗНО-ФИЛОСОФСКОМ УЧЕНИИ МАСОНСТВА В РОССИИ

    В настоящей статье на примере религиозно-философского учения масонства рубежа XVIII-XIX веков рассматривается актуальная для современного этапа развития цивилизации проблема тринитарного мышления. В ходе освещения общетеоретических аспектов данного вопроса нами привлекаются также данные ряда философских и естественно-научных исследований. Особое внимание мы обращаем на внутреннюю типологию явления триады, допускающую сосуществование трех различных моделей: линейной, переходной и собственной тринитарной. Анализ развития ноосферы и культуры на различных ее уровнях позволяет утверждать, что для наиболее продуктивного функционирования гармонизирующих тенденций в развитии общества необходим диалог - «взаимопроникновение» тринитарного и бинарного мышления. Особенно востребована и активна эта закономерность в системе этико-философских учений различных периодов, что ярко проявляет себя и в историко-литературном контексте. В ходе комплексного анализа явления масонства на примере его генезиса и эволюции в России XVIII - начала XIX столетий нас интересуют: а) закономерности соотношения в масонской системе бинарных и тринитарных тенденций, б) уровни масонского этического учения о Добродетели как средоточия программы преобразования мира, г) ключевые концепты в масонской картине мира, выстраиваемой «вокруг» архетипа Добродетели. Для полноты привлекаются наиболее важные теории германской и английской философии Европы Нового времени, а также обзорный анализ ряда явлений мировой литературной культуры последней четверти XVIII - начала XIX веков (юнгианская традиция и др.). В качестве иллюстрирующего литературного материала приводятся примеры масонской лирики и переводов означенного переходного времени.
    The article considers Trinitarian thinking, a topical issue for the modern stage of the development of the civilization, on the example of the religious and philosophical doctrine of Freemasonry at the turn of the 18th and 19th centuries. The data from a number of philosophical and natural-scientific studies are employed in covering the general theoretical aspects of the problem. Special attention is paid to the internal typology of the phenomenon of the triad, which allows the coexistence of three different models: linear, transitional, and intrinsic Trinitarian. The analysis of the development of the anthroposphere and culture at its various levels allows asserting that a dialogue -"interpenetration" of Trinitarian and binary thinking is necessary for the most productive functioning of harmonizing tendencies in the development of the society. This regularity is active and of a special demand in the system of ethical-philosophical teachings of various periods, which is clearly manifested in the historical and literary context. In the course of the complex analysis of the Masonic phenomenon by the example of its genesis and evolution in Russia of the 18-th - the beginning of the 19-th centuries, we are interested in: a) the regularities in the relationship between the binary and the Trinitarian tendencies in the Masonic system, b) the levels of the Masonic ethical doctrine of Virtue as the focus of the program on remaking the world, c) the key concepts in the Masonic view of the world built "around" the archetype of Virtue. To get the whole picture, the most important theories of German and English Philosophy of Europe of the Modern Period, as well as a general review of a number of phenomena of the world literary culture of the last quarter of the 18-th - the beginning of the 19-th centuries (Jungian tradition, and etc.) are involved. The examples of the Masonic lyrics and translations of the indicated transitional period are given as illustrative literary material.

    Самосенкова Т.В., Ряполова М.А.. ИННОВАЦИОННОЕ ИНФОРМАТИВНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЛИЧНОСТИ ПОСРЕДСТВОМ СОЗДАНИЯ АДРЕСНЫХ СЛОВАРЕЙ

    Создание и совершенствование словарей в целом идет в русле сформировавшихся представлений о типах толковых словарей. Определяющее влияние на подбор слов в словаре и выбор того или иного типа толкования оказывает представление о типе словаря. Вместе с тем тот или иной тип словаря рассчитан на определенную группу читателей, то есть должен иметь адресата. В статье предпринята попытка ввода в оценку словарной дефиниции важнейшего критерия - критерия адресности. Оценка осуществлялась с позиций информативной емкости и адресной направленности. Учет этого критерия существенным образом меняет содержание словарной статьи. В статье также рассматривается типология способов толкования слов в словарях и дается их прагматическая оценка с точки зрения реализации принципа неединственности лексикографического описания, то есть их адресности. Выделение основных групп адресатов толковых словарей может послужить толчком для создания специальных адресных словарей и, прежде всего, для выявления особенностей словарных дефиниций в этих словарях. Такой подход к словарю можно считать суженным, но нам он представляется оправданным: только реально оценив потребности рядового пользователя, можно более тонко и дифференцированно реализовать основные принципы лексикографического описания. Наш подход не отменяет все необходимое многообразие подачи слова в словаре, так как только весь набор признаков создает реальную картину бытования слова. Но если правомерно противопоставление языка и речи, то вполне правомерен, с такой точки зрения, подход к слову в словаре со всем его потенциалом - с одной стороны, и конкретной ситуации общения, когда требуется минимум информации о значении, - с другой стороны. Этот минимум соотносится с парадигматическим аспектом описания, соответственно, наиболее важной частью описания слова для пользователя является дефиниция с типовой пометой. Теоретически важным представляется ввод критерия адресности, регулирующего не только словник и характер иллюстративного материала, но структуру и объем словарной дефиниции.
    The creation and improvement of dictionaries in general goes in line with the formed ideas about the types of explanatory monolingual dictionaries. The determining influence on the selection of words in the dictionary and the choice of a particular type of interpretation has an idea of the type of a dictionary. However, a particular type of dictionary is designed for a certain group of readers, that is, it must have an addressee. An attempt to input into the evaluation of dictionary definition the most important criterion of targeting is made in the article. The evaluation was carried out in terms of informative capacity and targeted focus. Taking into account this criterion significantly changes the content of the dictionary entry. The article also considers the typology of the ways of words interpretation in dictionaries and gives their pragmatic assessment from the point of view of the principle of non-uniqueness of a lexicographical description, that is, their targeting. The identification of the main groups of addressees of dictionaries can serve as the stimulus for the creation of special address dictionaries and, above all, to identify the features of dictionary definitions in these dictionaries. This approach to the dictionary can be considered narrowed, but it seems justified to us, since only by really assessing the needs of the average user it is possible to implement the basic principles of lexicographical description more subtly and differentially. Our approach does not negate all the necessary diversity of word submission in the dictionary, as only the whole set of features creates a real picture of the existence of the word. But if it is legitimate to contrast language and speech, it is quite legitimate, from this point of view, the approach to the word in the dictionary with all its potential on the one hand, and the specific situation of communication, when you need a minimum of information about the meaning on the other hand. This minimum is related to the paradigmatic aspect of the description, respectively, the most important part of the description of the word for the user is the definition with the standard mark. Theoretically, it is important to enter the criterion of targeting, which regulates not only the vocabulary and the nature of the illustrative material, but the structure and volume of the dictionary definition.

    Сиваева И.И.. Словообразовательные характеристики неологизмов тематической области интернет и социальные сети в русском и немецком языках

    Данная статья посвящена проблеме образования новых слов в тематической области Интернет и Социальные сети. Появление новых слов и новых значений слов в языке считается неотъемлемой чертой развития любого общества, его духовной и материальной культуры. Во многих развитых языках количество неологизмов, употребляемых в газетах и журналах в течение одного года, достигает десятков тысяч. Это связано с социальной потребностью в именовании всего нового и в его осмыслении, внутриязыковыми факторами такими, как тенденция к экономии, унификации. Новые слова в большинстве случаев придают естественному языку экспрессивность, динамичность, актуальность, удовлетворяют потребности его носителей. Неологизмы являются отражением духа времени, единства смыслов, установок, ценностей и стереотипов, характеризующих социум в определенный момент его существования. По неологизмам можно судить, что было наиболее значимым и важным в эпоху их существования, какие изменения происходили в общественном мировоззрении, что наибольшим образом интересовало носителей языка. Каждый временной отрезок обладает некоторым набором слов, которые, в силу каких-либо обстоятельств и факторов, являются модными, широко и разнообразно употребляемыми. Такие лексические единицы можно смело считать «знаковыми» единицами определенного периода. И в большинстве случаев именно неологизмы выступают в роли «знаковых слов». В данной статье рассматриваются различные способы и методы образования новых слов, при помощи которых появились новые лексические единицы исследуемой тематической области. Сейчас одним из наиболее актуальных вопросов неологии является проблема неоднозначности определения термина «неологизм». Под неологизмами в работе понимаются не только новообразованные слова и слова, заимствованные из других языков, но и уже существующие в языке слова, которые обрели новое значение. В работе рассматриваются различные классификации новых слов по способам их появления, существующие в русском и немецком языкознании.
    The paper deals with the problem of formation of neologisms in the Russian and German languages in the thematic field of social networks and the Internet. The emergence of new words and meanings of the words is an essential part of development of any society. In many developed languages there are thousands of neologisms used in media during one year. The reasons are the social need of naming of new notions and linguistic factors such as tendency to economization and unification. In most cases new words make the language more expressive and modern; they meet the needs of its speakers. They reflect zeitgeist, unity of attitudes and values and describe the society. They show what was important in times they occurred, what viewpoints were topical at that time. Each period of time has some groups of words that are topical and widespread due to some reasons. Such words are the symbolic words of the period. And in most cases neologisms play this part. This paper deals with different means of word formation with the help of which neologisms emerge. Nowadays one of the most topical aspects of neology is the problem of determination of the term "neologism". By neologisms we understand newly emerged words and loan-words and also the words that already exist in the language but acquire a new meaning. This paper also studies the classifications of the neologisms in the thematic field of social networks and the Internet in accordance with the way they were formed in the Russian and German linguistics.

    Тищенко О.В.. ТРАНСФОРМАЦИИ ФРАЗЕОЛОГИЗМОВ В ИДИОСТИЛЕ В.А. ПЬЕЦУХА

    Статья посвящена способам трансформации фразеологических единиц в идиостиле В.А. Пьецуха, одного из ярких и самобытных современных русских писателей. Анализ фразеологизмов художественного произведения является актуальным, он помогает не только определить состав, типы идиом, используемых писателем, показать способность автора их творчески интерпретировать и подчинять законам художественного текста, но и проследить традиционный или новаторский подход к использованию фразеологизмов. Анализ типов фразеологизмов и особенностей их употребления в художественном тексте (трансформации формы и содержания) позволяет понять особенности писательского мировоззрения Пьецуха. Целью статьи является изучение лексического своеобразия идиостиля Пьецуха на материале использования фразеологизмов как средства выразительности. Предметом анализа в статье являются устойчивые выражения, в том числе пословицы и поговорки, употребляющиеся как в неизменяемом виде, так с различного рода преобразованиями. В качестве материала исследования использовалось 13 книг Пьецуха, в том числе собрание сочинений в десяти томах 2016 г. В статье анализируются приемы трансформации фразеологизмов, прежде всего, структурно-семантические преобразования. В статье также анализируются авторские фразеологизмы Пьецуха, используемые писателем в своих произведениях, например, «по департаменту чего-либо», «кабы не тот дефис». Как показало исследование, некоторые фразеологизмы становятся константными в творчестве писателя, например, «сажаешь огурчик, а вырастет разводной ключ». Пословицы и поговорки могут употребляться в тексте как в кавычках, так и без кавычек. Из четырех типов преобразований фразеологизмов в произведениях Пьецуха чаще всего встречаются примеры расширения компонентного состава фразеологизма (структурно-семантическое преобразование). Реже встречаются примеры обратного порядка слов (структурно-грамматическое преобразование) и изменения морфемного состава компонента фразеологизма (формально-грамматические преобразование). Единичным примером преобразования фразеологизма является употребление его в качестве сравнения («плясать от печки» → «как от печки») или образование от фразеологизма окказионального слова («комар носа не подточит» → «комароносонеподточительный»).
    The purpose of the article is to explore the tendencies characterizing the word change of anthroponyms in the modern Russian language. The author compares the language norm of the use of anthroponyms in the 20th century, and in modern times. For the Russian language, in which grammatical relations are expressed in inflectional forms of the words themselves, word-change is its basic grammatical characteristic. However in relation to proper names in the language the individual norm which doesn't submit to the grammatical one is formed. In mass media there are many proper names of Slavic and foreign-language origin, which are indicated as declinable and as invariable. For identification of normative variant the author investigates the data of lexicographic sources and everyday speech practice. The formants of some surnames, which are in the same positions, remain indeclinable, the formants of other surnames are changed. The attention is drawn to the origin of a surname, the way of borrowing, unstressed or stressed formant. Finnish and Estonian surnames, which belong to one language group, behave differently. In connection with the establishment of political, economic and cultural contacts with the Land of the Rising Sun in the second half of the last century, many Japanese proper names penetrate into the Russian language. The French anthroponyms are in a special situation, characterized by indeclinability, the cause of which should be seen in the ways of borrowing of French names. The sign «unstressed or stressed formant» for Slavic surnames ending in -a is not relevant. The sound coincidence of an anthroponym with a word that calls an inanimate object or animal, which some authors consider as a factor imposing a restriction on declining, is not significant.

    Фигуровская Г.Д.. МЕТАКОНСТРУКЦИИ С ГЛАГОЛАМИ ОСНОВЫВАТЬ / ОСНОВЫВАТЬСЯ

    Глаголы основать / основывать являются глаголами интеллектуального действия, основываться / основаться - релятивные, обозначают отношение основания. Компонентом отношений основания - вывода является также модус и субъект модуса. При глаголах основать / основывать компонент «вывод» обозначен Вин. п. ментальных существительных - результатов интеллектуального действия, компонент «основание» - на + Предл., компонент «субъект, устанавливающий отношения», - Им. п. - подлежащее. При глаголах основываться / основаться компонент «вывод» обозначается косвенным падежом соответствующих существительных, но чаще его содержание находится за пределами предложения с этим глаголом, в предтексте или послетексте, компонент «основание» выражен формой на + Предл. Субъект модуса обнаруживает себя благодаря вводным словам, отрицанию «не», модусно-пропозициональными предложениями и др. Среди данных предложений выделяются две разновидности: с отношениями основания - вывода и с отношениями основания - действия. Если конструкции с рассматриваемыми глаголами синонимичны предложениям с предлогами и союзами основания, то они являются метаконструкциями, так как не только выражают отношения основания - вывода, но и называют их, следовательно, рассматриваемые модусные глаголы являются метасловами. В конструктивно-синтаксическом поле отношений основания - вывода предложения с модусными глаголами занимают периферию, являются входящими типами из класса модусно-пропозициональных предложений, соответственно, в данном классе они выходящие типы. Предложения с модусными глаголами, главным образом, образуют текстовые структуры с отношениями основания - вывода.
    The verbs to found / to base on are the verbs of intellectual action, the verbs to base oneself on / to be based on are relative, they denote the relation of foundation. A component of the relations of foundation-deduction is also the modus and the subject of modus. The component "deduction" with the verbs to found / to base on is denoted by the Accusative case of mental nouns - the results of intellectual action, the component "foundation" - by on + Prepositional case, the component "subject establishing relations" - by the Nominative case, i.e. subject. The component "deduction" with the verbs to base oneself on / to be based on is denoted by the oblique case of the corresponding nouns, but more often its content is outside the sentence with this verb, in the pre-text or after-text, the component "foundation" is denoted by the construction on + Prepositional case. The subject of modus reveals itself due to parenthetic words, negation "no", by modus-propositional sentences, etc. Among these sentences two types are distinguished: with the relations of foundation - deduction and with the relations of foundation - action. If constructions with the examined verbs are synonymous to the sentences with prepositions and conjunctions of foundation, they are meta-constructions, as they do not only denote the relations of foundation - deduction, but also call them, therefore the examined modus verbs are meta-words. In the constructive-syntactic field of foundation - deduction relations sentences with modus verbs take periphery, they are entering types from the class of modus-propositional sentences, so in the given class they are leaving types. Sentences with modus verbs mostly form text structures with the relations of foundation - deduction.

    Хабибуллина А.З.. СОПОСТАВИТЕЛЬНАЯ ПОЭТИКА ТАТАРСКОЙ И РУССКОЙ ЛИТЕРАТУР: НЭСЕР И СТИХОТВОРЕНИЕ В ПРОЗЕ

    The article deals with the genres of Tatar and Russian literatures, neser and prose poem, in a comparative aspect. The actual material of the work was I.S. Turgenev's prose poem "How good, how fresh the roses were" (1879) and F. Amirkhan's neser "Chechekler kiteregez mina!" - "Bring me flowers!" (1921). It is established that the specific characteristics of the above genres, complementing each other in the dialogue, are most fully revealed in their poetics. In creating the poetic rhythm of Turgenev's prose poem a special place is taken by a short stanza - a verse consisting of one to three lines, as well as a refrain in the middle of the text space; that is emphasized graphically, which enhances the emotional mood, peculiar to the perception of poetry. Pauses and repetitions emphasize the similarity of the work with poem, with its unique rhythm different from prose. Studying the poetics of Amirkhan's neser allows seeing the originality of compared genres: by contrast to the rhythmic of the Russian prose, the Tatar poem and prose historically emphasized long lines. The last ones are couplets (bayts) or they had the form of one long line, like a single-line poem. Scholars' researches (Kh. Kurbatov, M. Bakirov, N. Khisamov) confirm that in the literatures and folklore of the Turkic peoples, and in the Tatar poetry of the beginning of the 20th century in particular, long lines in the form of bayts were compositionally distinguished as the integrity and length of the poem, and its rhythm, which also was created with the help of trails. Our analysis shows that the different structure of the two languages (Russian and Tatar), the historically developed ways of creating rhythm in poetry and prose allow us to consider these genres as original and unique. The latter is especially obvious when they are confined, correlated with each other, and not only at the level of the general study.

    Харитонов В.С.. ЖАНРОВЫЕ ЭЛЕМЕНТЫ МАДРИГАЛА В ЛИРИКЕ В. НАБОКОВА

    В статье рассматриваются особенности мадригала как своеобразной жанровой формы, анализируются его жанроформирующие компоненты, среди которых комплиментарность в отношении адресата, лаконизм формы, особенности апеллятивов, своеобразная «антиэпиграмматичность». Прослеживается эволюции жанра в русской поэзии; особенное внимание уделено лирике серебряного века - периоду, когда формировался поэтический талант В. Набокова. При обращении к творчеству поэта рассматриваются стихотворения, образующие определенное жанровое гнездо, контент которого в той или иной степени использует компоненты мадригала, хотя и не в чистом виде. Анализ показывает, что эволюционные процессы в области жанра, характерные для поэтики серебряного века, нашли свое воплощение и в творчестве Набокова. Используя классическую традиционную основу мадригала или ее отдельные компоненты, поэт выстраивает лирический дискурс, расширяя жанровый диапазон стихотворений с помощью различных приемов. Среди них можно отметить усиление диалогического начала, повышение роли нарративных элементов (новеллизация), явления жанрового синтеза (взаимопроникновение мадригала, элегии, послания), новые приемы в создании образа адресата, определенная стилизация, поиски новых средств выразительности. В статье сделаны следующие выводы: поэзия Набокова, как правило, имеет в своей основе классическую традицию, однако автор, не разрушая ее, стремится расширить границы жанра, используя многообразие приемов и средств, постепенно формируя индивидуальный стиль.
    The article reviews the specifics of a madrigal as an unusual genre form, analyzes its genre-shaping components, which include complimentary attitude towards the addressee, laconic brevity of the form, appellative specifics and peculiar "anti-epigrammaticality". It tracks the evolution of the genre in the Russian poetry with a special emphasis on the lyrical poetry of the Silver Age, when the lyrical talent of V. Nabokov was shaping. When resorting to the poet's work, the article reviews poems forming a certain genre nest, the content of which uses madrigal components to various extent, though not in its pure form. The review shows that the genre evolution processes typical for the Silver Age poetry were also incorporated in Nabokov's work. Using the classical traditional basis of a madrigal or its individual components, the poet builds up a lyrical discourse expanding the genre range of poetry leveraging various techniques. These include the strengthening of the dialogical principles, enhancing the role of the narrative elements (novelization), genre synthesis (diffusion of madrigal, elegy, address), new techniques in creating the character of an addressee, certain stylization, searching for new expressive means. The article draws the following conclusions: Nabokov’s poetry generally uses classical tradition as a foundation, however the author, without destroying this foundation, strives to expand genre boundaries using multiple means and levers, gradually shaping his individual style.

    Хворова Л.Е., Цзявэнь С.. СИНТЕЗ ИСКУССТВ В ПРОЗЕ В.М. ШУКШИНА (НА ПРИМЕРЕ КИНОПОВЕСТИ «КАЛИНА КРАСНАЯ»). РЕТРО-ВЗГЛЯД ИЗ ЭПОХИ 1960-1970-Х ГОДОВ

    В статье рассматриваются некоторые аспекты творчества В.М. Шукшина и его произведения «Калина красная» в рамках перспективного направления современного литературоведения, включающего изучение литературы в контексте культуры - межвидовой коммуникации (литература - режиссура - актерское мастерство) и в междисциплинарном интегрировании. Анализируются публицистические статьи автора, а также исследования исключительно его современников в данном аспекте, в строгом соответствии с темой заявленного гуманитарного научного проекта КНР. Определяется степень соотнесенности киноповести в ее текстовом варианте и художественного пространства одноименного кинофильма, выявляются некоторые жанровые характеристики шукшинского феномена. «Кинолитература» Шукшина - это не адаптированные к кино литературные произведения и не киносценарии. Шукшин изначально дает установку на то, что кинолитература должна быть гибкой, трансформироваться на съемках. Автор при создании текста не до конца осмысливает созданные им образы, средства художественной выразительности и прочие компоненты. Авторская мысль после написания киноповести продолжает развиваться. Шукшинский литературный текст гибок, вместителен; он открыт, распахнут для новых уточнений, корректировок, соображений. В какой-то степени это некая вариативная аналогия знаменитых чеховских и не только чеховских «открытых финалов», вполне характерных для традиционной поэтики русской литературы в целом. Монтажная композиция киноповести формально организует повествование и в то же время своеобразно раскрывает содержание произведения, играет значительную роль в формировании характеров героев. Подробные, развернутые описания природы, портретные характеристики, зарисовки интерьера - в целом то, что обычно «останавливает» действие и способствует пониманию происходящих событий и образов героев - сведены до минимума. Текст организуется диалогом с минимальными вкраплениями авторских ремарок, следовательно, характеры раскрываются в речи, во взаимодействии друг с другом. Пространных монологов, тем более внутренних размышлений персонажей, практически нет, так как они замедляют действие и открыто демонстрируют их позицию. Авторское отношение к происходящему, к героям также не выражено непосредственно в тексте произведения. Велика роль подтекста, то есть того, что прочитывается и просматривается за внешними действиями и звучащими репликами. Киноповесть ориентирована на «показ», вследствие чего большое внимание обращено на мимику, жесты, движения действующих лиц. Одной из отличительных особенностей киноповести как жанра является динамичность повествования, обилие глагольных конструкций, его организующих, скрывающие за собой их внутреннюю жизнь.
    In this article, the writer's creative ideas and work "Hong mei flowers blooming" are analyzed, including the study of literature in the context of culture - across the forms of communication (literature, art direction, performing arts) and across the liberal arts. The authors analyze the published works of the writer and pay special attention to the contemporary studies on relevant works under the theme of the Chinese humanities. The authors study the correspondence between the film story and the text, the artistic space of the film of the same name; explore the unique theme features of Shukshin's works. Shukshin's film literature was not formed on the basis of literary works, films and film scripts. V.M. Shukshin insisted on the flexibility of film literature from the beginning which is formed in the film. The writer does not fully understand his own creation form, artistic expression means and other contents in the text creation. The writer's creative thinking has not matured after the creation of film stories. Shukshin's works are flexible and rich in the content. The arrangement of the story is similar to the change of the characters; it arranges the plot in the form, as well as develops the unique narrative text content, which is important to reveal the hero character. Natural environment description, portrait description, and location description which are used to promote the understanding of the characters are little in Shukshin's film narrative. The text is restricted by the author's annotated description, and its textual features are mainly reflected in the language. There are few narrations or monologues from the main characters, as this will slow down the plot. The subtext plays a very important role in interpreting the meaning of the external behavior discourse. The focus of the film's story should be on the presentation, but the result is the focus on facial expressions, gestures and behavior.
Наверх